?

Log in

No account? Create an account
ПЯТНИЦКИЙ ХРАМ В СЕЛЕ БОЕВО
Recent Entries 
ЭТО Я
Павел Михайлович Санталов родился 31 октября 1925 года в деревне Артемовке Мордовского района Тамбовской области, в крестьянской семье. Его отец, Михаил Макарович, был плотником, мать, Нина Федоровна, – домохозяйкой, у них было семеро детей. Семья Санталовых была верующая. Батюшка рассказывал: «Мамин отец, дедушка Федор, был регентом в церкви. Он рано умер. Шестерых детей воспитала бабушка Прасковья. Очень верующей была отцова мама – Марфа Петровна. Я уже малым мальчишкой читал в храме... Знал церковную службу...» В детстве и юности Павлу, как и всем его братьям и сестрам, довелось пережить немало трудностей и испытаний. В 1930-е годы семья Санталовых за то, что родители не захотели вступать в колхоз, была выслана на Соловки.
«Два года на Соловках были все вместе, – вспоминал отец Павел. – Потом дети там начали болеть и умирать. Сжалились над нами, написали письма родственникам: кто желает – приезжайте и забирайте детей. Нас спасла тетя Дарья, мамина сестра, она за нами приехала. Отца с мамой поначалу отпустили, а потом опять забрали. Сидели они в разных лагерях. Умер папа в лагере в Новосибирской области. Мне удалось скрыть, что я сын “врагов народа”. О том, что буду монашествовать, для себя решение принял еще на Соловках... На фронт ушел в 1943 году. На фронте был со своими семью классами образования самым грамотным. Я один год приписал, чтобы уйти в армию. И надо же, какое испытание, – я попал в войска НКВД. Был смирным, исполнительным – это меня и подвело. Там было очень и очень строго с верующими. Никаких верующих! Солдаты, служившие в войсках НКВД, должны были подавать пример служения новой власти... Никаких нательных крестиков, никаких молитв. При первом построении ротный потребовал: “Бывшие на оккупированной территории, дети врагов народа, шаг вперед”. Я шагнул. Один. Ко мне подошел командир и спросил, в чем дело. Наверное, он испугался. Ведь всех нас проверяли до него. Я признался, что, может, завтра в бою убьют, а я обманываю людей – мои родители раскулаченные, и я с ними сидел на Соловках. Он мне так тихо и строго сказал: “Запомни, какой ты кулак? Ты мальчишка. И нигде ты не был, нигде не сидел, а родителей не помнишь...” Я знал наизусть многие молитвы, несколько акафистов. Залезал в свободное время под нары и там молился. Потом ко мне примкнули еще несколько ребят. Нас обвинили в заговоре, потребовали снять крестики... Я это сделать отказался. Тогда меня “тройка” приговорила к расстрелу... Не знаю, почему, но в последний момент расстрел отменили... Меня в части “попом” звали. Уважали очень. Даже завидовали: вот, мол, не побоялся даже смерти – остался с крестом. Мне многое доверяли. Часто в разведку ходил. Часто выдвигали на передний план, где я в окопе сидел со стереотрубой и вел корректировку огня. Один раз меня снайпер выследил... Господь спас. В момент его выстрела я присел, и пуля попала в стереотрубу, прямо около окуляра, в который только что смотрел... Мне в армии не было никаких наград, никаких поощрений... А было за что... Но всякий раз насмехались: пусть меня Сам Бог награждает. И не понимали, как они этим поднимали и укрепляли мой дух.
На войне Павел Михайлович получил ранение и контузию. Когда вернулся, его отца уже не было в живых. Вместе с матерью и сестрами Павел переехал на жительство в Воронеж, где жил его старший брат. В 1953 году Павел поступил в Московскую Духовную семинарию, которую окончил в 1957 году. После окончания семинарии он не мог определить, какой избрать путь – семейный или монашеский. Тогда архиепископ Воронежский и Липецкий Иосиф (Орехов, † 1961) благословил его продолжить образование в Духовной академии. В 1958 году Павел поступил в Ленинградскую Духовную академию, которую окончил в 1962 году со степенью кандидата богословия, и был направлен в Воронежскую епархию. В том же году архиепископом Воронежским и Липецким Сергием (Петровым, † 1990) он был рукоположен во диакона целибатом, затем – во пресвитера и назначен клириком Казанского храма в Отрожке в Воронеже, где прослужил шестнадцать лет.Здесь батюшка прослужил четыре года, а затем его перевели в село Боево. Это пригород Воронежа, и народ там очень боевой, палец в рот не клади. В Боево о. Павел много трудился, ремонтировал храм. Здесь он познакомился с молодым человеком, который искал у него совета на жизненном пути. Батюшка благословил его читать на клиросе. Впоследствии тот принял монашество и стал архимандритом Амвросием (в настоящее время проживает в Риге). Отец Амвросий переписывался с батюшкой и ежегодно навещал его. Затем, по не зависящим от него обстоятельствам, отец Павел был переведен в Курскую епархию и назначен в храм в селе Хорошилово Новооскольского района (ныне Белгородская епархия). Приход хорошиловского храма был малочисленный и бедный. Церковная сторожка, где проживал отец Павел, была настолько ветхая, что даже архитектор не смог определить, в каком веке она была построена. Зарплату в храме батюшка не получал, жил на приношения прихожан и свою военную пенсию, да и из нее нередко брал деньги на нужды храма. У отца Павла было много друзей и знакомых в Москве, Ленинграде, в Сибири, на Дальнем Востоке, которые его не забывали. А батюшка всех помнил, за всех молился: его личный помянник включал несколько сот имен, поэтому проскомидию он начинал с шести часов утра. Жил отец Павел один. Изредка ездил в Воронеж, где жили и работали его одинокие сестры, которые в последнее время приняли иноческий постриг. В свободное время отец Павел занимался строительными работами – плотницкому ремеслу он научился у отца. Сам закупал стройматериалы, сам пилил, строгал, резьбу делал, ковал. Обвязывался веревкой и сам, без всякой страховки, взбирался на купол храма и в одиночку ставил стропила, укреплял кровлю, делал кирпичную кладку... Тайком от местных властей отец Павел приглашал художников расписывать храм. Да и сам им помогал, не гнушаясь работой подмастерья. Батюшка оказывал материальную помощь для восстановления многих храмов. По его молитвам, с его помощью открылась домовая церковь в школе-интернате в Воронеже. Храм в Хорошилове очень красив. И с трудом верится, что кто-то сознательно мог препятствовать появлению на свет такой красоты. Но, увы, в эпоху гонений находились такие люди. И ничего бы не было, если бы не Божия помощь и старания настоятеля, отца Павла, который более двадцати лет прослужил в этом храме во время атеистического разгула. За ревностное служение Богу и людям отец Павел был удостоен Священноначалием многих церковных наград, включая митру. Он награжден орденом Преподобного Сергия Радонежского III степени, а также юбилейными правительственными медалями в связи с годовщинами окончания Великой Отечественной войны.
В конце 1990-х годов здоровье батюшки, подорванное в годы войны, стало ухудшаться: зрительный нерв частично атрофировался, что привело к полной слепоте. И вскоре после инсульта слепнущий пастырь вынужден был уйти на покой по болезни. Отец Нифонт переехал в Воронеж, стал жить в доме со своими сестрами, инокинями. Дом, в котором жил батюшка, был похож на церковный музей: все стены увешаны иконами и картинами на библейские сюжеты. Этот дом для отца Нифонта был домашней церковью. Во время болезни отец Павел принял монашеский постриг с именем Павлин, в честь святителя Павлина Милостивого, епископа Ноланского. Последние четыре года он был прикован к постели, не мог двигаться. За два года до смерти принял схиму с именем Нифонт, в честь преподобного Нифонта Афонского. Каждую неделю по вторникам к отцу Нифонту приходил молодой священник, который напутствовал его Святыми Таинами, не раз в течение болезни он был соборован. Почти ежедневно больного навещали духовные чада. Последние пять лет ежегодно приезжал из Москвы его старый друг, с которым он был знаком более пятидесяти лет. У отца Нифонта до самой смерти сохранилась память и духовная рассудительность. По его молитвам исцелялись и к нему приезжали люди из других сел и городов. В последнее время отец Нифонт очень страдал от боли, начала чернеть нога, врачи предлагали ампутацию, но батюшка отказался, сказав: буду мучиться до конца. Он терпеливо переносил страдания.
26 мая 2005 года отец Нифонт в полном сознании отошел в вечность. В тот же день, по облачении почившего, гроб перевезли во Введенский храм в Воронеже, где над ним непрестанно читалось Евангелие. Потом по благословению епископа Липецкого и Елецкого Никона гроб с телом иеросхимонаха Нифонта был перевезен в Задонск. В тот же день в скиту Богородицкого мужского монастыря в Задонске, в храме Параскевы Пятницы, Владыка Никон с монастырским духовенством совершил чин отпевания, после чего гроб был обнесен вокруг собора и погребен на территории монастыря. Царство Небесное и вечный покой душе усопшего иеросхимонаха Нифонта!
ЭТО Я
Храм в селе Боево Каширского района Воронежской области является одним из самых старинных и больших храмов Каширского благочиния. Двухпрестольный храм освящен в честь святой вмц. Параскевы Пятницы (с приделом святителя Николая Мир Ликийского Чудотворца).
Святая великомученица Параскева родилась в годы царствования императора Диоклетиана в городе Иконий (Малая Азия) в семье богатого сенатора, но уже в ранней юности посвятила себя аскетической жизни. Родители святой особо почитали день крестных страданий Господних - пятницу, потому и назвали родившуюся дочь Параскевой. Когда император Диоклетиан начал жестокое гонение на христиан, он повелел правителю Ликаонии Аэтию в подвластных ему городах преследованиями и мучениями истребить христианскую веру. Аэтий отправился в Иконий. Святая Параскева была схвачена, претерпела жестокие мучения и была обезглавлена. На следующий день утром правитель Аэтий отправился на охоту. Внезапно его конь взбесился, встал на дыбы и сбросил эпарха в заросли. Аэтий разбился на смерть и отдал дьяволу свою окаянную душу. Добропобедную мученицу Параскеву христиане с благоговением похоронили в ее домовом храме.
История строительства боевского каменного Пятницкого храма запутана и противоречива. Одни источники утверждают, что строительство церкви началось в конце XVIII столетия, при этом ссылаются на рукопись священника данковского храма о. Иоанна Ферронского «Хворостань. Очерки истории колонизации родного края», написанной для епархиального исторического журнала «Воронежская старина» в 1908 году и сохранившейся до наших дней. В ней о. Иоанн перечисляет все крупные церкви округи и указывает даты их освящения, боевский каменный Пятницкий храм, по его словам, был освящен 1782 году. Его слова подтверждают П. Никольский и протоиерей А. М. Спасский в своем труде - «Справочная книга для духовенства Воронежской епархии», выпущенном в 1900 году. О боевском храме в книге написано следующее: «Церковь Пятницкая в селе Боево каменная, 1782 года постройки, 66 десятин земли. Священниками были: Петропольский Константин, Раевский Феодор, а так же: Белозоров Петр Петрович-дьякон, Куколев Александр-псаломщик-дьякон, Милоградский Василий-псаломщик, Нигров Матвей Федорович-псаломщик. По сведениям 1859 года, Боево-село казенное. Воронежский уезд, стан-2. При колодцах. 30 и 1/2 верст от уездного города, 15 верст-от станового квартала. Число дворов-323. Число мужчин-1926. Число женщин-2061. Церковь православная каменная. Старообрядческая моленная». Еще раньше, в 1851 году, чиновник Казимирский, описывавший Воронежскую губернию, так же упоминает в своем отчете о каменной церкви. «Верхнее, Среднее и Нижнее Боево, – пишет он, - составляют одно нераздельное село по обеим сторонам от вершка речки Левой Россоши, близь Коротоякского уезда, на местности возвышенной и со всех сторон открытой. При сем селе имеется три небольших пруда, но вода употребляется преимущественно из колодцев, которых в достаточном количестве, церковь каменная без ограды...».
 Другие же источники апеллируют к авторитетнейшему историку конца XIX столетия - архимандриту Димитрию Самбикину. В своем труде «Указатель храмовых празднеств в Воронежской епархии» он пишет: «Церковь в с. Боево, Воронежского уезда, первоначально была начата постройкою в 1778 г., а построена в 1782 г., потом была построена новая каменная в 1873 г., освящена 23 апреля 1878 года, с приделом в трапезе св. Николая. При церкви каменная колокольня, земли 66 десятин (на 33 десятины есть план в церкви). Прихожан 1184 д., раскольников (поповского толка) 82 муж. пола». Недавний ремонт храма опроверг слова Самбикина, на фундаменте колокольни была обнаружена надпись «...1868 года». Таким образом можно с большой уверенностью утверждать, что храм был действительно построен в 1782 году. До 1782 года в поселении существовала Пятницкая деревянная церковь. О ее существовании сходятся все историки. По рассказам многих историков Боево существовало задолго до переселения монастырских крестьян в эти края. Заселялась эта местность мелкими служилыми и ссыльными
«
буйными»  (боевыми) людьми, а также беглыми крестьянами, покидавшими из - за тяжелых условий жизни родные места и искавшими приволья в Придонье; были здесь и выходцы из Приднепровья, укрывавшиеся от польских притеснений. Видимо от этого у боевцев часто в разговорной речи проскальзывают украинские слова, тогда как в соседних селах говорят на чистом великорусском языке московского диалекта. Но это легенда, которая в последнее время имеет право на существование. Недавно в полученном из епархии уставе прихода было написано: «Боевский приход образован в 1673 году, воссоздан 1946 году». Таким образом, на боевской земле было три храма: деревянный, освященный в 1673 году одним из рязанских епископов (современная Воронежская епархия до 1682 года находилась под амофором Рязанской и Муромской епархии), каменный, освященный в 1782 году и позднее расширенный в 1868 году.
 По свидетельству историков и жителей села строительство каменного Дома Божьего было поистине всенародным. При закладке фундамента в основание было положено 12 Евангелий (по числу апостолов). Для лучшей крепости кирпичей в раствор добавляли яичный белок. По ночам втайне от всех, люди, дававшие Богу обет, носили кирпичи на место работ, дабы тем самым ускорить строительство. Не происходило без происшествий. При возведении купола с лесов упал каменщик. Смерть при строительстве церкви была плохим знаком, и, дабы отвести беду от храма, жители похоронили несчастного за алтарем, где обычно погребают священнослужителей. В 1782 году храм святой великомученицы Параскевы Пятницы был освящен преосвященным Тихоном III (Малининым), епископом Воронежским и Задонским (1775-1788 гг.). В 1868 году из-за увеличения численности прихожан, храм перестроили и 23 апреля 1878 года преосвященный Серафим (Аретинский), епископ Воронежский и Елецкий (1865-1886 гг), торжественно освятил храм с приделом в трапезной святителя Николая.
Храм представляет собой очень крупное кирпичное, отштукатуренное и окрашенное в два цвета здание. Его вместимость 2000 человек. В композиции доминирует обширный куб храма с аттиковым полуярусом, над которым возвышается цилиндрический световой барабан со сферическим куполом и луковичной головкой. К ядру примыкает прямоугольная апсида и широкая трапезная. Колокольня, стоящая вплотную к трапезной, четырехъярусная с верхним полуярусом и фигурной восьмигранной кровлей, завершенной высоким шпилем. Первый и второй ярусы – четверики, третий и четвертый – восьмигранные. С запада колокольни, с юга и севера куба – четырехколонные портики с треугольными фронтонами.
Декор церкви, так же как и объемная композиция, стилизован под классицизм. Углы объемов охвачены широкими пилястрами, ими же расчленен цилиндр барабана. Апсида и трапезная завершены широким подкарнизным поясом, куб – двумя рядами крупных филенок. Средние части куба завершены небольшими треугольными аттиками, вторящими фронтоном портиков и апсиды. Все проемы церкви арочные, обрамлены пилястрами и архивольтами, под окнами филенки. В дверных проемах сохранились металлические полотнища с кованым орнаментом и наложенными на места клепок металлическими цветами. Грани ярусов колокольни решены как пилястровые портики без фронтонов. В аттиковом полуярусе первого яруса сквозные люнеты, а в верхнем ярусе – круглые проемы.
Внутреннее пространство куба храма (летней церкви) разделено четырьмя многогранными пилонами на девять ячеек. Ядро со световым барабаном перекрыто полусферой купола, остальные ячейки имеют четырехгранные своды. Красные ворота, соединяющие храм и трапезную – высокая застекленная и расписанная витражами арка. Главный алтарь закрыт высоким иконостасом, и хотя летняя церковь однопрестольна, иконостас, имеющий ложные южные и северные царские врата, имитирует трехпрестольность храма. Сам иконостас за свою историю менялся дважды, после Великой Отечественной Войны, когда он значительно обветшал, тогда пришлось обновлять сгнившие царские врата и в 2002 году, тогда ему придали флемский стиль, покрыв позолотой, украсив лепниной и резьбой. Он состоит из четырехфигурного местного, праздничного, пророческого, праотеческого рядов и лишь часть иконостаса, прикрывающая конху, имеет пять рядов. Все иконы помещены в резные киоты, иконы праотеческого ряда – в круглые медальоны. Междурядья украшены гипсовыми лепными капителями. Иконы местного ряда написаны афонским письмом. К сожалению несколько икон утеряны, несколько пострадали в годы богоборческой власти. В 90- х годах ХХ столетия эти образа источали миро. Левый и правый клиросы вплотную примыкают к солее и огорожены перилами. Алтарную часть отделяет от наоса ограда. На стенах росписи середины ХХ века.
Трапезная (зимняя церковь) – четырехстолпная, все ячейки перекрыты парусными сводами. На них изображены ангелы. На прямоугольных колоннах расположены местночтимые иконы, а стены этого храма украшены фресками, посвященными жизни Христа. В южной стороне находится придел, освященный в честь святителя Николая Мир Ликийского Чудотворца. Иконостас этого небольшого алтаря также был обновлен и украшен во флемском стиле. Он состоит из двух рядов – местного и пророческо-праздничного. Над царскими вратами находится Деисус – тайная вечеря. Венчает иконостас крест. Клирос этого придела огорожен ложным иконостасом. Вход в трапезную арочный. В нартексе (притворе) над входными вратами изображен Господь Саваоф, благословляющий входящих обеими десницами. С южной стороны изображена икона «Изгнание Адама и Евы из рая». Икона символична. Она напоминает, куда входит верующий, Кто его благословляет и что будет с тем, кто ослушается своего человеколюбивого Отца. Нартекс служит также первым ярусом колокольни, в его левой стороне расположена лестница ведущая наверх.
  В конце XIX века жители на собранные всем миром деньги приобрели два больших колокола – Благовест и Праздничный. Их звон был слышен за несколько верст от села. В начале XX столетия местный странник Митрофан Агупов после паломничества в Святую Землю принес из Иерусалима кипарисовый крест в натуральную величину и даровал храму, этот крест и ныне стоит в трапезной у кануна. С приходом к власти большевиков боевский храм пережил ту же судьбу, что и вся Русская Православная Церковь. Однако боевцы смогли отстоять свою святыню и не позволили ее разрушить. В 1921 году в храме обновилась икона Божьей Матери «Достойно есть», сразу ставшая объектом паломничества жителей окрестных селений. Этим случаем заинтересовался революционный трибунал, который провел в октябре 1921 года показательный суд над группой верующих, обвиняемых в распространении слухов об обновлении чудотворной иконы, и над председателем исполкома, давшим разрешение на проведение крестного хода. Согласно его приговору от 22 октября 1922 года, семеро священнослужителей были приговорены к шести месяцам принудительных работ. В приговоре также отмечалось: «Научно-психиатрическая экспертиза установила развитие эпидемии массового религиозного психоза, а судебное следствие установило извлечение материальных выгод из этого народного бедствия для черничек и церкви». Революционный трибунал признал привлеченных к ответственности крестьян, а также некоторых священнослужителей «одержимыми религиозным психозом», и на этом основании освободил их от наказания. Судьба этой иконы неизвестна. Как правило, обновленные иконы незамедлительно отбирались у верующих и вскоре уничтожались.
Однако в те годы не только большевики терзали Русскую Церковь, в самом ее сердце созрел обновленческий раскол, живоцерковники захватывали приходы и даже целые епархии. В это время в селе жили два местных священника – о. Феодор и о. Димитрий, которые по очереди совершали Божественную литургию. Благодаря им боевцы остались верны патриарху Тихону и храм не перешел в руки раскольникам. В сентябре 1934 года три местных активиста сбросили с колокольни два знаменитых колокола. А на следующий день приехавшая комиссия из 18 человек, собрав все село, пыталась объяснить, что «религия – это пережиток прошлого» и храм следует взорвать. Народ единогласно трижды проголосовал против этого. Уезжая, коммунисты грозились взорвать храм без разрешения сельчан. С этого дня боевцы встали на оборону храма, их оружием были вилы и топоры. Не единожды приходилось отстаивать храм от поругания. В 1938 году, по совету стариков, предварительно вынеся все иконы, утварь и облачения, церковь отдали под зернохранилище, только таким образом можно было ее спасти от разрушения. Так боевцы лишились церковной молитвы почти на пять лет. Утешением было то, что приезжающий иногда священник все же совершал литургию и требы в домике напротив. В эти годы происходило много чудес: мироточил Иерусалимский крест, обновлялись иконы. Жители села рассказывают, как пять человек, пришедшие помолиться у закрытого храма, слышали ангельское пение и видели клубы кадильного дыма. Даже в закрытом храме шла Служба, и совершали ее Небесные Силы.
По разрешению властей, с 1943 года в храме стали служить по великим праздникам. Во время войны церковь значительно пришла в упадок. После передачи церкви верующим, в 1946 году, боевцы в короткое время восстановили святыню, и на долгие десятилетия храм святой великомученицы Параскевы Пятницы стал духовным центром всей округи, как и предсказывал местный юродивый Миша Курушин, говоривший, «Все церкви продам, только нашу и Московскую не продам». Его слова сбылись в точности, в районе только каширский и боевский храмы сохранились в первозданном виде. В 60-70-х годах трудами о. Павла Санталова, впоследствии – схииеромонаха Нифонта († 2005 г.) (погребен в Задонске) – храм был вновь расписан. Роспись производил иконописец В. Ф . Шаповалов. Им были восстановлены фрески в храме святителя Николая, а в Пятницком расписаны не только стены с колоннами, но и купол. Если настенные иконы были написаны на камне, то купольные иконы были написаны на холсте и потом эти холсты были закреплены к стенам барабана и неба. Таким образом, отпала регулярная реставрация купола. В июне 1986 года храм подвергся ограблению, грабители вынесли две старинные плащаницы, кипарисовые иконы, серебряный крест и Евангелие. Все эти святыни утрачены безвозвратно. В годы настоятельства иерея (ныне протоиерея) Александра Никулина (1996—2003 гг.) был проведен капитальный ремонт. Иконостасы были украшены позолоченной лепниной, куплены новые паникадила, жертвенник, престол, церковная утварь, начата работа по проведению газа в трапезную, законченная нынешним настоятелем иереем Игорем Баязовым (на приходе с 2003 г.), и многое другое. Фасад отреставрирован, шпиль звонницы и глава были покрашены под золото, на них поставлены золотые ажурные кресты. В 2007 году, как и встарь, всем миром были куплены новые колокола, которые заменили висевшие с 60-х гг. кислородные баллоны. 20 января, в день Собора Иоанна Предтечи, митрополит Воронежский и Борисоглебский Сергий (Фомин) (на кафедре с 2003г.) торжественно освятил новые кампаны. По окончании чина освящения правящий архиерей поздравил всех присутствующих с праздничным событием обретения храмом новых колоколов.

«Отныне их звон будет услаждать наш слух, будет звать нас к молитве, к Богу, – отметил Владыка в своем слове. Этот прекрасный храм построили когда-то наши предки по зову своей души. Сегодня мы вспоминаем труд, который они понесли с любовью к Богу и надеждой на то, что воздвигнутый храм преобразит души живущих и будущих поколений. Приходя с вами сюда, мы также думаем об этом, просим Бога об урожае, о даровании здоровья, о благополучии своих семей. Но и от нас тоже требуется, чтобы мы понимали, зачем пришли в этот мир и в чем смысл жизни человека. Не в стремлении к богатству, какому-то иллюзорному авторитету, но в доброделании, в том, чтобы приносить людям пользу. Мы с вами должны помнить и знать, что Евангельская истина, которую принес Христос, вечна, она дает нам силы, жизнь, сообщает нам благодатные дары, в результате которых в нашей жизни творятся чудеса.
Мы с вами должны любить храм, любить Бога и передать эту любовь нашим домашним, нашим ближним, чтобы они тоже были сопричастниками великого дела современности – возрождения нашей России.
Я желаю вам, дорогие братья и сестры, Божиего благословения, доброго здоровья и счастья, чтобы Господь был с вами, и исполнил бы вас миром, Своим благословением, и чтобы мы были образцом жизни».
Боевская церковь знаменита своим церковным пением, хор использует распев ныне разрушенного в советские времена Воронежского Митрофановского монастыря.
В настоящее время о. Игорь ведет капитальный ремонт храма.
В 1994 году храм признан памятником архитектуры регионального значения и находится под защитой государства.

This page was loaded Jan 22nd 2019, 7:05 am GMT.